|  | 

“Определение поэзии” анализ стихотворения Бориса Пастернака

Борис Пастернак – один из самых противоречивых писателей первой половины XX века. Его творческий потенциал начал формироваться в очень сложное для России время, на рубеже исторических эпох. В те часы представители литературной элиты серьезное внимание уделяли вопросам философии.

Они постоянно спорили о роли личности в истории, предназначении творчества, гражданской позиции мастеров слова.

Не оставался вне этих процессов и Борис Пастернак. Как и многие его современники, он пытался осмыслить и выразить свое понимание поэзии. В этом плане стихотворение “Определение поэзии” , написанное Пастернаком в 1917 году, можно считать программным.

Другое дело, что автору в ту пору было всего двадцать семь, и вполне естественно, его взгляды на поэтическое слово претерпели со временем некоторые корректировки.

“Определение поэзии” – стихотворение небольшое, всего 16 строк. Написано Анапестом. Так в стихосложении принято называть трехстопный Размер с ударением на последнем слоге.

Рифмовка во всех строфах перекрестная – АВАВ.

Вероятно, Пастернак не ставил задачу удивить читателя необычной формой. Для него было гораздо важнее наполнить необыкновенной мощью внутреннюю часть произведения, вдохнуть в каждую строчку свой молодой эмоциональный заряд. Отсюда и несколько нарочитая первая часть стихотворения, где слово “это” повторяется в начале каждой строки, всего 7 раз.

Пастернак притягивает внимание читателя яркостью красок и громкостью звуков, которыми поэзия, по его убеждению, призвана потрясать этот мир. Предметы и явления оживают, они неразрывно связаны между собой. Образ Вселенной (Пастернак пишет это слово с маленькой буквы) не только опосредован, но и конкретно упоминается в середине и конце стихотворения.

Человек – часть природы, как деревья, камни, звезды, капли дождя. За несколько лет до стихотворения Пастернака так писал о себе известный российский поэт Константин Бальмонт:

Я – внезапный излом, Я – играющий гром, Я – прозрачный ручей, Я – для всех и ничей.

Пастернак не жалеет выразительных средств, чтобы зажечь читателя своей идеей, активно использует тропы. Поэт очень тонко применяет популярный прием символистов – Аллитерацию, когда несколько повторяющихся согласных придают стихотворению особую выразительность. Так, в конструкции “Figaro низвергается градом на грядку” постоянно нарастает звук “р”, а в словосочетаниях: “круто налившийся свист”, “щелканье сдавленных льдинок”, “ночь, леденящая лист” – звуковой эффект создают шипящие и свистящие согласные.

Красиво усиливают мелодичность текста Олицетворения и Сравнения : “небосвод завалился ольхою”, “звездам к лицу б хохотать”, “ночи так важно сыскать”.

Литературоведы часто обращают внимание и на оригинальный синтаксис стихотворения. Автор отдает предпочтение коротким безличным предложениям. Слова как бы стихийно вырываются из бездны. Подобная хаотичность свойственна дикой природе. Если в прозаическом произведении можно применять сложные предложения, то в поэтическом жанре все должно быть точно, емко, образно.

Борис Пастернак глубоко убежден, что такие “волшебные” слова знает только поэзия.

Здесь еще явно ощущается влияние Символизма, что господствовал в русской литературе серебряного века. Однако заметны и ростки Футуризма – течения, к которому Пастернак был близок в тот период. К сожалению, язык символов понятен не всегда и не всем. Особенно сложными для восприятия оказались пятая и шестая строки стихотворения:

Это – сладкий заглохший горох, Это – слезы вселенной в лопатках.

Пастернаку пришлось даже объяснять читателям суть столь вычурных Метафор. Дело в том, что в старину лопатками именовали стручки молодого гороха. Они рано или поздно раскроются, а горошины рассыпятся, будут выплаканы.

В стихотворении много контраста: Фигаро и грядка, небосвод и ольха, т. е. высокое неотделимо от низкого. В любой момент они могут поменяться местами. Это и есть литературное обрамление философского понятия о единстве и борьбе противоположностей.

Таков и финал стихотворения, где вселенная Пастернака оказывается местом глухим.




“Определение поэзии” анализ стихотворения Бориса Пастернака