|  | 

Реализм

<

p>В конце XIX – начале XX века русская литература стала эстетически многослойной. Реализм на рубеже веков оставался масштабным и влиятельным литературным направлением. Так, в эту эпоху жили и творили Толстой и Чехов. Самыми яркими дарованиями среди новых реалистов обладали писатели, объединившиеся в 1890-е годы в московском кружке “Среда”, а в начале 1900-х составившие круг постоянных авторов издательства “Знание”, фактическим руководителем был М. Горький. В разные годы в него входили Л. Андреев, И. Бунин, В. Вересаев, Н. Гарин-Михайловский, А. Куприн, И. Шмелев и другие писатели.

Значительное влияние этой группы писателей объяснялось тем, что она в самой полной мере наследовала традиции русского литературного наследия XIX века. Непосредственные предшественники нового поколения реалистов еще в 1880-е годы основательно обновили облик направления. Творческие поиски позднего Л. Толстого, В. Короленко, А. Чехова внесли в художественную практику немало неординарного по меркам классического реализма. Особенно важным для следующего поколения реалистов оказался опыт А. Чехова. Чеховский мир включает в себя множество разнообразных человеческих характеров.

Его герои при всем своеобразии схожи в том, что всем им недостает чего-то самого важного. Они пытаются приобщиться к подлинной жизни, но, как правило, так и не обретают искомой духовной гармонии. Ни любовь, ни страстное служение науке или общественным идеалам, ни вера в Бога – ничто не может герою.

Мир в его восприятии утратил единый центр, он далек от иерархической завершенности и не вписывается в рамки ни одной из мировоззренческих систем. Именно поэтому жизнь, следующая какому-либо идеологическому шаблону, миропонимание, сформированное на некой системе социальных и этических ценностей, осмысляется Чеховым как тривиальность. Тривиальной оказывается жизнь, повторяющая заданные традицией образцы, лишенная духовной самостоятельности. Ни у одного из чеховских героев нет безусловной правоты.

Сопоставляя героев по тому или иному признаку, Чехов чаще всего не отдает предпочтения ни одному из них. Ему важно не “моральное расследование”, а выяснение причин взаимного непонимания между людьми. Внешне неострые сюжетные ситуации в его зрелой прозе и драматургии призваны выявить заблуждения персонажей, определить степень развитости их самосознания и связанную с ней меру личной ответственности. Мир Чехова – это мир гибких отношений, где взаимодействуют разные субъективные правды.

В таких произведениях повышается роль субъективной рефлексии (самоанализа, размышлений героев, осмысление ими своих поступков). При этом автор хорошо контролирует тональность своих оценок. Как типично чеховская тональность воспринимается читателем тонкая лирическая ирония. Поколение писателей-реалистов начала XX века получило в наследство от Чехова новые принципы письма – еще большей авторской свободой; с широчайшим арсеналом художественной выразительности; с чувством меры, обязательным для художника, которое обеспечивалось возросшей внутренней самокритичностью и авторефлексией. Почерпнув многое у Чехова, реалисты рубежа веков далеко не всегда обладали последним из упомянутых качеств художника.

Там, где Чехов видел разнообразие и относительную равноценность вариантов жизненного поведения, его молодые последователи увлекались одним из них. В первую очередь важно то, что поколение реалистов начала XX века унаследовало от Чехова постоянное внимание к индивидуальности человека, его личностным качествам. Темы и герои реалистической литературы Тематический спектр произведений реалистов рубежа веков, несомненно, шире, в отличие от их предшественников.

Для большинства писателей в это время нехарактерно тематическое постоянство. Быстрые перемены в России заставляли их по иному подходить к тематике, вторгаться в ранее заповедные пласты тем. В окружении Горького в это время был силен дух артельности. “Знаньевцы” создали широкую панораму переживающей обновление страны. Масштабный тематический охват чувствовался в заголовках произведений, составлявших сборники “Знание”.

Например, оглавление 12-го сборника “Знание” напоминало разделы какого-то социологического исследования: однотипные названия “В городе”, “В семье”, “В тюрьме”, “В деревне” характеризовали обследуемые сферы жизни. Элементы социологической описательности в реализме – еще не преодоленное наследие социально-очерковой прозы 60-80-х годов, где была сильна установка на эмпирическое исследование действительности. Проза “знаньевцев” отличалась гораздо более острой художественной проблематикой. Кризис всех форм жизни – таков был итог.

Важным было изменившееся отношение реалистов к возможности преобразования жизни. В литературе 60-80-х годов жизненная среда изображалась статичной, обладавшей чудовищной силой инерции. Теперь же обстоятельства человеческого бытия интерпретируются как лишенные стабильности и подвластные воле самого человека. Реалисты рубежа веков делали акцент на способности человека не только противостоять неблагоприятному воздействию среды, но и активно перестраивать жизнь.

Заметно обновилась в реализме и типология характеров. Внешне писатели следовали традиции: в их произведениях можно было найти легко узнаваемые типы “маленького человека” или интеллигента, пережившего духовную драму. Характеры избавлялись от социологической усредненности, становились разнообразнее по психологическим особенностям и мироощущению. “Пестрота души” русского человека – постоянный мотив прозы И. Бунина. Он одним из первых в реализме стал использовать в своих произведениях иностранный материал (“Братья”, “Сны Чанга”, “Господин из Сан-Франциско”).

Это же самое стало характерным и для М. Горького, Е. Замятина и других. Описание событий в романах и других произведениях А. И. Куприна (1870-1938) необычайно широко по разнообразию тематики и человеческих характеров. Герои его повестей и рассказов солдаты, рыбаки, шпионы, грузчики, конокрады, провинциальные музыканты, актеры, циркачи, телеграфисты. В самой личности А. Куприна проявилась новизна отношения писателей-реалистов к жизни. Стремление к живому, незаемному знанию, жажда все постичь самому привела его к черноморским рыбакам, первым русским воздухоплавателям, водолазам и многим другим.

Переменив в молодости десятки профессий, Куприн и в зрелые годы стремился приумножать запас лично пережитого, достоверного знания. При всем разнообразии человеческих типов в прозе Куприна наибольшие удачи писателя, пожалуй, были связаны с образами внешне заурядных, “маленьких” людей, вдруг находивших в себе силы на значительный духовный рост и обретавших достоинство в сложных для них внешних обстоятельствах. Такой писательской удачей стала повесть “Поединок” (1905), поначалу вызвавшая широкий читательский интерес благодаря острой тематике – в ней впервые была показана изнанка армейского быта 1900-х годов.

Талант социального критика Куприна достиг в этом произведении вершины. Офицерство, традиционно для России занимавшее видное место в социальной иерархии, изображалось писателем далеко не с парадной стороны. Используя конкретику почти натуралистических по характеру описаний, Куприн наполнил повесть сценами безобразных кутежей, мордобоя, пошлых выходок офицеров по отношению к “штатским”.

Сила повести была не столько в актуальности материала (поражение России в русско-японской войне), сколько в найденном писателем повествовательном ракурсе. Моральная деградация в армейской среде была показана с позиции молодого офицера, бывшего частью этой среды и испытавшего всю силу ее духовного гнета. Главным героем повести был избран неуверенный в себе и зависимый от среды новичок – подпоручик Ромашов. В повести использованы два варианта его имени: полудетское, нежное Юрочка – и решительное, говорящее само за себя – Георгий.

Слабость и сила, бесхарактерная пассивность и волевая решительность, романтическая мечтательность и способность к рассудительной самооценке – эти противоположные качества в повести Куприна конфликтно взаимодействуют в душе героя, составляя центральную ось произведения. Именно внутренний конфликт оказался динамичнее и содержательнее конфликта внешнего, построенного с использованием актуальных сюжетных ходов (столкновения с более сильными и жестокими персонажами, любовь к замужней женщине, происки прежней любовницы, дуэль). Ромашов – типичный “маленький человек”, стремящийся преодолеть свою слабость, прозреть и сопротивляться.

Решающим моментом его духовной эволюции стало “неожиданно яркое осознание своей индивидуальности”. Отсюда можно следующий вывод, характерный для реализма Куприна: лучшие качества человека определяются не принадлежностью к сословию и не доставшимися от природы биологическими и психологическими качествами, а развитостью его индивидуальности, глубиной самосознания. Почувствовав себя личностью, Ромашов не замыкается в гордом одиночестве, но оказывается способным протянуть руку помощи слабому. Это видно в его отношении к униженному, немощному, измордованному солдату Хлебникову, которого он называет “Брат мой”. Сюжетная развязка повести – гибель героя на дуэли – обнажила зависимость писателя от традиционных решений.

При этом она не снизила общего высокого качества произведения, чья сила проявляется в тонком использовании и обогащении тех приемов психологического анализа, которые были разработаны в русском реалистическом романе XIX века. Близость к реалистическим традициям (особенно Л. Толстого) в соединении с доходчивостью и увлекательностью сделала Куприна одним из любимейших писателей начала XX века. Жанры и стилевые особенности реалистической прозы Значительно обновились в начале XX века жанровая система и стилистика реалистической прозы. Главное место в жанровой иерархии заняли в это время наиболее мобильные рассказ и очерк.

Роман (бессмертное произведение) практически исчез из жанрового репертуара реализма, уступив место повести. Начиная с творчества А. Чехова, в реалистической прозе заметно выросла значимость формальной организации текста. Некоторые приемы и элементы формы получили в художественном строе произведения большую самостоятельность. Так, например, разнообразнее использовалась художественная деталь.

В то же время сюжет все чаще утрачивал значение главного композиционного средства и начинал играть подчиненную роль. Углубилась выразительность в передаче подробностей зримого и слышимого мира. В этом отношении особенно выделялись И. Бунин, Б. Зайцев, И. Шмелев.

Например, в произведениях Бунина была удивительная слитность зрительных и слуховых, обонятельных и осязательных характеристик при передаче окружающего мира. Огромное значение писатели-реалисты придавали использованию ритмических и фонетических эффектов художественной речи, передаче частных особенностей устной речи персонажей (этим мастерски владел И. Шмелев). Общая логика развития реализма в начале века заключалась в усилении роли повышенно-экспрессивных форм.

Писателю была важна не столько соразмерность пропорций воспроизводимого фрагмента жизни, сколько “сила крика”, обнаженная авторская эмоциональность. Это достигалось заострением сюжетных ситуаций, когда крупным планом описывались предельно драматические, “пограничные” состояния в жизни персонажей. Образный ряд произведений выстраивался на предельно острых контрастах; активно использовались лейтмотивные принципы повествования: увеличивалась частота образных и лексических повторов. Стилевая экспрессия была особенно характерна для Л. Андреева, А. Серафимовича, отчасти для некоторых произведений М. Горького.

Для них характерны “монтажная” стыковка высказываний, афористичность, риторические повторы. Автор часто комментирует происходящее, вторгается в сюжет с пространными публицистическими отступлениями (как, например, в повестях М. Горького “Детство” и “В людях”). В произведениях Л. Андреева сюжет и компоновка персонажей нередко бывали намеренно схематичными: писателя влекли универсальные, “вечные” типы и жизненные ситуации. Следует сказать, что в пределах творчества одного писателя редко выдерживалась единая стилевая манера. Подчас художники слова сочетали несколько стилевых вариантов, когда точная изобразительность соседствовала с обобщенно-романтической образностью, элементы жизнеподобия – с художественными условностями.

Характерной приметой реализма начала XX века стали стилевая двусоставность и элемент художественной эклектичности. Из значительных писателей той поры только И. Бунин избежал в своем творчестве разностильности. Стилевая нестабильность реализма была следствием переходности и известной художественной компромиссности направления. Да, реализм оставался верен традициям прошлого века, тогда как с другой стороны начинал взаимодействовать с новыми течениями в искусстве. Постепенно писатели-реалисты адаптировались (правда, не всегда так гладко и последовательно) к новым формам художественного поиска.

По пути сближения с модернистской эстетикой пошли Л. Андреев, Б. Зайцев, С. Сергеев-Ценский, несколько позднее – Е. Замятин. В их адрес нередко раздавались упреки в художественном отступничестве и даже в идеологическом дезертирстве. Однако отметим, что процесс обновления реализма в целом был художественно плодотворным и весьма результативным в эпоху рубежа веков.




Реализм