|  | 

“Ревизор”: еда и напитки

Мысли к сочинению

Ушедшее из старших классов как экзаменационный жанр (верится, что ненадолго – ничего постоянного в нашей вечной России нет!) сочинение продолжает сохранять свой потенциал как жанр обучающий. Особенно в средних классах. Только нужно изменить подход к выбору и составлению тем и не бояться предлагать ученикам поразмышлять над неочевидным и интересным. Как, например, сделала учительница моего сына-семиклассника, включив в список тем по “Ревизору” такую: “Еда и напитки в комедии Гоголя”.

Именно она и зацепила сына, которому, вообще говоря, ” Ревизор” понравился: “Крутой чел!” – так сообщил он мне свое мнение об авторе, прочитав комедию. Потом несколько дней к месту и не к месту приводил из нее цитатки. Ладно, думаю, хорошо, значит, в башке засело.

А тут – сочинение. Да на такую тему. Дальше родительско-методический ход был прост и эффективен: на даче (дело было на майских праздниках) мы всей семьей сели вокруг большого стола и начали читать “Ревизора” вслух, решив отмечать в тексте все, что касается еды и питья. Выяснилось, во-первых, что все собравшиеся за столом и “Ревизора” уже в своей жизни читавшие (а некоторые и не по одному разу) начинают довольно быстро покатываться от смеха (хотя вроде текст всем знаком).

Во-вторых, очень быстро захотелось есть, потому что еда буквально посыпалась на нас с первых же страниц. Пришлось чтение отложить, чтобы пожарить гренки, вскипятить чаю, достать из холодильника сыр, масло, варенье (простите, увлекся) – после чего читать продолжили, плавно перейдя к обеду, а затем и ужину.

Когда же механически перенесли в компьютер все цитаты о еде, чтобы как-то их расклассифицировать и осмыслить, обнаружилось, что их не просто много, а очень много. Субъективно самыми чревоугодническими страницами у Гоголя кажутся страницы, например, из “Мертвых душ” или “Миргорода”, но и в “Ревизоре” перед нами разворачивается мир еды. Это стало определенной неожиданностью.

Еще одной неожиданностью оказалось то, что через эту тему (в общем-то первоначально выглядящую маргинально) можно подобраться к самым существенным сторонам гоголевского мира. И сделать это за большим обеденным столом, в праздничный день, всей семьей – вкусно и весело. Такая вот методика.

Результат коллективного труда перед вами. Это скорее заготовка к сочинению, чем сочинение (многие мысли остались не связанными друг с другом и даны по пунктам). Просто всем уже стало интересно, что же получится из вороха цитат.

Понятное дело, что в таком виде сдавать работу учителю нельзя. Поэтому сын-семиклассник, который участвовал в чтении, выборе и классифицировании цитат, в поедании гренок и общем веселье, получил отдельное специальное задание: прочитать этот “взрослый вариант”, выбрать из него понятное – то, за что он сам может отвечать, придумать связки, переходы и финал, все это собрать на компьютере и сдать, честно подписавшись своим именем. Что он и сделал.

Оценку ждем.

Вне зависимости от того, какой она будет, думаю я о том, что такое писание сочинений всем в семье пошло на пользу. Хотя уверен, что часть коллег со мной не согласится и будет утверждать, что ученическая работа должна быть полностью самостоятельной, а любое вторжение взрослых здесь губительно. Так, да не так: именно на этапе тренировки оно может быть даже благотворно. В чем-то это вторжение сродни действиям инструктора, который сидит рядом с начинающим водителем, чтобы в случае чего довернуть руль или дернуть рычаг тормоза.

Делается это для того, чтобы потом, в самостоятельную пору, водитель действительно мог поехать сам.

Я ничего не понимаю: к чему же тут соленые огурцы и икра?

Анна Андреевна Сквозник-Дмухановская

– Гоголь в своих произведениях исключительно часто обращается к теме еды. Когда читаешь его “Вечера”, “Миргород”, петербургские повести, “Мертвые души”, создается впечатление, что в мире Гоголя едят все и все, в любую минуту, в любых количествах: вареники летят и летят в рот Пацюку, старосветские помещики только и делают, что закусывают (да так, что слюнки текут), свинья съела просьбу Ивана Никифоровича, нос майора Ковалева нашелся не где-нибудь, а в свежеиспеченном хлебе, помещики в “Мертвых душах” кормят Чичикова, и этому кормлению отводится неизменно значительное место. Не остается в стороне от этого постоянного пиршества и “Ревизор”.

С едой мы встречаемся уже при чтении списка действующих лиц.

– Еда в именах. У Гоголя вообще много имен и фамилий, связанных с едой (Бульба, Плюшкин, Пирогов), так что и в “Ревизоре” ты привычно отмечаешь фамилии и имена Земляника, Лука Лукич (“съедобная” природа последнего подтвердится в письме Хлестакова: “Смотритель училищ насквозь протухнул луком”), Бобчинский (вместе с Добчинским они напоминают одинаковые горошины или бобы из одного стручка – такие они низенькие, коротенькие, с одинаковыми брюшками и именами). Любопытный каламбурно-кулинарный эффект возникает во фразе “А подать сюда Землянику!” (из речи городничего).

– С этой темой перекликается тема “Еда в языке, во фразеологизмах” . Их рассыпано в тексте пьесы множество: городничий купцам “солоно пришелся”, Аммос Федорович шел к городничему “попотчевать собачонкою”, на улицах города “кабак”, городничий собирается “задать перцу” всем просителям, он же говорит о купцах: “Прежде я вас кормил до усов только, а теперь накормлю до бороды” (мотив Еды-наказания возникнет в обратной речи купцов о городничем: “Я тебя, говорит, не буду, говорит, подвергать телесному наказанию или пыткой пытать – это, говорит, запрещено законом, а вот ты у меня, любезный, поешь селедки”); встречаются в пьесе и выражения “судьба-индейка”, “кукиш с маслом”. Особую группу оборотов составляют выражения, которыми описывается голод, желание есть: “желудочное трясение” испытывает Добчинский, у Осипа “в животе трескотня такая, как будто бы целый полк затрубил в трубы”. Ему же принадлежат такие фразы, напоминающие пословицы и поговорки: “лопнешь с голоду”, “так бы теперь весь свет съел”, “на пустое брюхо всякая ноша кажется тяжела”.

– Чаще всего в пьесе еда становится показателем статуса человека. Возможность или невозможность обладания той или иной пищей и связанные с этим переживания знакомы многим персонажам “Ревизора”. Вот характерная сцена: Бобчинский и Добчинский в гостинице едят семгу – она недоступна Хлестакову, он может лишь прогуливаться рядом и заглядывать в тарелки. Хлестаков не хочет мириться с таким положением дел, он остро ощущает свой низкий статус, возникший после проигрыша, и выражает свои переживания через мотив еды: “Я не могу есть дурного обеда”. О еде говорит, размышляя о своем положении, и Осип: в мечтах ему приходит жизнь в деревне, где можно вдоволь есть пироги – а сейчас нельзя получить “хоть какие-нибудь щи”.

Низкий статус Хлестакова и Осипа выражается в том, что им отказано от еды: ничего не приносят в гостинице, не дают в долг “в овощенных лавках”. Их положение сходно в этом смысле с положением арестантов, которым, как в ужасе вспоминает городничий при известии о появлении ревизора, две недели не выдавали провизии. Чуть выше оказывается статус больных: им не готовят положенный габерсуп, но хотя бы кормят капустой (то есть “хоть какие-нибудь щи” имеются).

Скажем в скобках, что почему-то именно суп чаще всего становится мерилом богатства и положения: в сцене вранья Хлестаков пропел первому блюду целый гимн (“Суп в кастрюльке прямо на пароходе приехал из Парижа; откроют крышку – пар, которому подобного нельзя отыскать в природе”); городничий, узнав, что его дочь выходит за Хлестакова замуж, мечтает: “В Петербурге будете деликатные разные супы кушать”. Невиданный, неслыханный суп превращается в речах персонажей в символ недоступной, почти райской жизни.

Как только Хлестакову удается добиться от хозяина гостиницы обеда, он мгновенно забывает о своем статусе и перешагивает в своих мыслях на следующую ступеньку. Теперь ему уже мало двух блюд – без соуса и пирожного он не готов считать свой обед обедом.

Мир еды гораздо более разнообразен, чем сомнительный суп с “перьями вместо масла” и жаркое, жесткое, как зажаренный топор или деревянная кора – “а семга, а рыба, а котлеты?” “Я видел сам, проходя мимо кухни, там много готовилось” – вся эта еда не для Хлестакова, которому теперь “хоть сайку купить”, да не на что. Как только он осознает это, так поднимается до почти трагического монолога о мировой несправедливости (отчасти он напоминает рассуждения Поприщина о камер-юнкерах): “Как же они едят, а я не ем? Отчего же я, черт возьми, не могу так же? Разве они не такие же проезжающие, как и я?”

– Любопытно, что жалоба Хлестакова на мир, Обвинение миру выражается именно Через еду. В испуге перед появившимся городничим он начинает почти кричать: “Да что ж делать?.. Я не виноват… Он больше виноват: говядину мне подает такую твердую, как бревно; а суп – он черт знает чего плеснул туда, я должен был выбросить его за окно. Он меня морил голодом по целым дням…

Чай такой странный: воняет рыбой, а не чаем”. Неблагополучие в мире еды, о котором говорит Хлестаков, воспринимается городничим как знак катастрофы: ведь он хозяин города, а главное хозяйское дело – кормить. Поэтому и линия обороны и оправдания выстраивается тоже через еду: “Извините, я, право, не виноват. На рынке у меня говядина всегда хорошая.

Привозят холомогорские купцы, люди трезвые и поведения хорошего. Я уж не знаю, откуда он берет такую”. Логика Хлестакова в этом столкновении: я не виноват, меня плохо кормят – поэтому и я не могу вести себя должным образом; логика городничего: у нас кормят хорошо, следовательно, все в полном порядке – а ваш случай просто небольшое недоразумение, досадное исключение из общего правила.

Сам городничий тоже жалуется на жизнь и недостаток средств – и тоже делает это, указывая на невозможность приобрести еду: “Казенного жалования не хватает даже на чай и сахар”. Именно отсюда вытекает необходимость брать взятки – в том числе и едой. Мотив Еды-взятки встречается в пьесе несколько раз. Купцы несут Хлестакову сахарные головы и кузов вина – это, судя по всему, взятка обычная: недаром городничий, прощая купцов за донос, велит им выставить к свадьбе дочери особое “поздравление” – “не то, чтоб отбояриться каким-нибудь балычком или головою сахару”.

Оправдываясь перед Хлестаковым, тот же городничий говорит о незначительности взяток: “к столу что-нибудь – самая малость”.

Употребление той или иной пищи ярко характеризует статус человека – эта мысль подтверждается в пьесе многократно. Так, например, для слуги Мишки Осип – птица высокого полета, поэтому предлагать ему “простую” еду – щи, кашу, пироги – никак нельзя: нужно дождаться, пока приготовится “барское кушанье”. Осип же, как мы помним, только недавно был отлучен от пищи вовсе, поэтому для него “простая” еда сейчас настоящая роскошь.

– Мотив Роскошной, Сказочной, Небывалой Еды – один из самых сильных в комедии. Обладание такой едой или даже хотя бы лицезрение ее поднимает героя на небывалую высоту. На самом деле Хлестаков привык “обедать нашерамыжку” и есть пирожки “на счет доходов аглицкого короля”. Но рассказ о супе из Парижа или арбузе в семьсот рублей делает Хлестакова в глазах чиновников – и, главное, в своих собственных глазах! – важной персоной. Вообще, сфера еды для него одна из самых главных в жизни (“Я люблю поесть.

Ведь на то живешь, чтобы срывать цветы удовольствия”; множество раз он вспоминает о прекрасном завтраке в богоугодных заведениях – с “бутылкой толстобрюшки” и рыбой “лабардан-с”), поэтому ему важно реализоваться в этой сфере максимально. Среди разных статусных знакомств (“С Пушкиным на дружеской ноге”, “Министр иностранных дел, французский посланник, английский, немецкий посланник и я”) не забудет он сочинить и приглашение на обед от начальника отделения (“Приходи, братец, обедать!”).

В этом смысле на него неожиданно оказывается похож городничий: обыкновенно не гнушающийся тем, чтобы “запустить целую горсть” в “чернослив такой, что лет уже по семи лежит в бочке”, он мигом, только ему помаячила возможность оказаться в Петербурге, в мечтах своих уже обедает у губернатора. Для него пределом невиданной еды становится тоже рыба: “Анна Андреевна. А там ведь жизнь совершенно другая. – Городничий.

Да, там, говорят, есть две рыбицы: ряпушка и корюшка, такие, что только слюнка потечет, как начнешь есть”. Как и Хлестаков, городничий уже почти ест эту рыбу, “слюнка” уже течет…

– Еда в комедии выполняет определенную роль в развитии сюжета (напившийся и наевшийся Хлестаков врет без меры, чем нагоняет на чиновников все больший страх; Осип из желания быть сытым тоже начинает врать городничему насчет своего хозяина, тем самым усиливая страх), а также позволяет создавать и Комические ситуации (вспомним, например, чтение записочки от городничего: “За два соленые огурца особенно и полпорции икры” вперемежку с поручениями к жене). С едой связан и ряд важных для Гоголя мотивов, например, Мотив полноты/худобы : Иван Кириллович (из письма к городничему) потолстел, Хлестаков – худенький, этому очень удивляется городничий: это признак не их круга, власть имущие должны быть “в теле” (ср. в “Мертвых душах” рассуждение о толстых и тонких).

– Несколько слов надо сказать и о питье. Оно неразрывно связано с едой, но имеет и свое особое значение в комедии. Речь идет о мотиве Пьянства (кроме алкогольных напитков, герои “Ревизора” употребляют только чай).

Пьющих в комедии много: и заседатель в суде, которого “в детстве мамка ушибла, и с тех пор от него отдает немного водкою”, и квартальный Прохоров, отправившийся разнимать драку и возвратившийся пьяным, и почтмейстер, который “должно быть, пьет горькую”, и сам Хлестаков, которого подпоили особой губернской мадерой (“слона повалит с ног”). “Веселие Руси есть пити” – эту мысль по-своему формулирует городничий (заметим перекличку с сентенциями Фамусова): “Да, таков уже неизъяснимый закон судеб: умный человек – или пьяница, или рожу такую состроит, что хоть святых выноси”.

– Помимо всего этого есть еще несколько примеров, с которыми непонятно что делать.

– Крысы понюхали и ушли – не стали есть! Толкуется как дурное предзнаменование.

– Клопы едят Хлестакова, который сам не может есть вдоволь; где ж справедливость?

– Аммос Федорович собирается отдать приказ, чтобы всех гусей, которых он развел в передней суда, отправили бы на кухню и сделали бы обед.

– Бобчинский и Добчинский встречаются возле будки, где продают пироги, и идут в трактир.


Твір на тему: “Ревизор”: еда и напитки




“Ревизор”: еда и напитки
Copyright © Школьные сочинения 2019. All Rights Reserved.
Обратная связь: Email