|  | 

В. Маяковский и футуризм

Тема родины относится к числу вечных в поэзии. К ней обращались художники слова во все времена. Но в творчестве А. Блока эта тема обретает особое звучание. Ведь поэт жил на рубеже веков, о себе и своих современниках он сказал: “Мы – дети страшных лет России”.

Предчувствие “неслыханных перемен” и “невиданных мятежей” отбрасывало особый отблеск на любовь А. Блока к России, делало ее противоречивой и обостренной. В ранней поэзии А. Блока тема России не звучит как самостоятельная. Но все события его духовной жизни проходят на фоне русского пейзажа.

Например, в стихотворении 1901 года “Видно дни золотые пришли…”: Видно, дни золотые пришли. Все деревья стоят как в сиянье. Ночью холодом веет с земли; Утром белая церковь вдали

И близка и ясна очертаньем. Героиня блоковских стихов ранних лет обретает черты сказочной царевны из русских сказок, жилище ее – заколдованный терем, а герой – царевич, князь, жених. Поэзию А. Блока этих лет пронизывают образы русской культуры, нередко в их романтическом облике, например, в стихотворении “Ночь на Новый год” возникает образ Светланы, героини баллады В. Жуковского.

Мир ранней поэзии А. Блока – это мир прекрасной мечты, и этой прекрасной мечтой окутан образ России. К постижению родины подлинной, далекой от чарующей сказки, поэт шел через мотивы страшного мира. Именно в этот страшный мир попадает блоковский герой, уйдя от Прекрасной Дамы, выйдя из заповедного сада своих ранних стихов в страшный мир природы, где звезды и зори сменяет мир мхов, болот с хромыми лягушками, ржавых кочек и пней. Населяют эту природу диковинные существа: колдуны и косматые ведьмы, “твари весенние”, чертенята, “больная русалка”. Не менее страшен и облик людей, обитающих в этом мире: это герои зловещего балагана, носители “всемирной пошлости”, живые мертвецы, как, например, в цикле стихов “Пляски смерти”.

Наиболее известное стихотворение этого цикла – “Ночь, улица, фонарь, аптека…”, в котором самой композицией подчеркнута полная безысходность, замкнутость жизни в страшный круг. Однако страшный мир – это не только мир вокруг поэта, это и мир в нем самом. Так, в самом своем известном стихотворении, надолго ставшем символом поэзии А. Блока, – “Незнакомка” – лирический герой принадлежит двум мирам: миру мечты, поэзии, где все окутано дымкой тайны, а поэт – хранитель этой тайны. Но он же не отделяет себя и от низменного, пошлого мира “испытанных остряков”, бездушной и мертвенной природы, в которой самое поэтичное ее явление – луна на небе – превращается в мертвый диск.

Недаром заканчивается стихотворение возвращением лирического героя от мечты к реальности. Страшный мир, созданный А. Блоком, – это тоже Россия, и высшее мужество поэта не в том, чтобы не видеть этого, а в том, чтобы видеть и принять, полюбить свою страну далее в таком неприглядном обличье. Сам А. Блок предельно открыто выразил эту свою любовь-ненависть в стихотворении “Грешить бесстыдно, непробудно,..”, написанном в 1914 году. В нем возникает крайне отвратительный, безмерно отталкивающий облик человека бездуховного, лавочника, вся жизнь которого – это беспробудный сон духа, даже покаяние его лишь минутно. Подавая грошик в церкви, он тут же, вернувшись, обманывает на этот грош своего ближнего.

Моментами стихотворение звучит почти как сатира. Герой его обретает черты символические. И тем неожиданнее и сильнее звучит финал стихотворения: До, и такой, моя Россия,

Ты всех краев дороже мне. Одним из первых непосредственных обращений А. Блока к теме России как к самостоятельной стало его стихотворение 1906 года “Русь”. Страна предстает в этом стихотворении как заповедная, сказочная. Таково само ее пространство:

Русь, опоясана реками И дебрями окружена, С болотами и журавлями,

И с мутным взором колдуна… Россия в этом произведении как бы спящее заколдованное царство, и лирический герой проникается ее тайной, его живая душа погружена в дремоту. Русь убаюкала ее на своих просторах. Итогом размышлений А. Блока о судьбах своей страны стал цикл стихов “Родина”, который создавался с 1907 по 1916 годы.

К самым различным аспектам сложной и драматической темы обращается поэт в этом цикле. Здесь и размышления о Руси как о заповедной стране, чья хозяйка – сказочная княжна, которую отличает традиционный облик русской красавицы – статной, с косой. Символом этой страны становится тихий дом в густой траве, покинутый героем ради тревог и битв.

В этот цикл входит и стихотворение “На железной дороге”, в чем-то перекликающееся с некрасовским “Что ты жадно глядишь на дорогу…” Здесь судьба России осмысливается через женскую судьбу, горькую и трагическую, и это тоже традиционно для русской поэзии. Одно из наиболее известных стихотворений цикла – “Россия” (“Опять, как в годы золотые…”). В последних произведениях цикла “Родина” появляется новая нота, связанная с тем, что в судьбе страны наступил поворот, началась война 1914 года, все яснее звучат в стихах поэта мотивы будущей трагической судьбы России. Это ощущается в стихотворениях “Петроградское небо мутилось дождем…”, “Я не предал белое знамя…”, “Коршун” и других.

Однако тема трагического предвидения звучит в стихотворениях из цикла “Родина”, написанных задолго до войны 1914 года, в стихотворениях, объединенных темой, обозначенной в названии: “На поле Куликовом”. Написаны эти стихотворения в 1908 году и посвящены одному из самых значительных событий русской истории. В 1912 году Блок писал: “Куликовская битва принадлежит, по убеждению автора, к символическим событиям русской истории. Таким событиям суждено возвращение.

Разгадка их еще впереди”. Значение Куликовской битвы (восьмое сентября 1380 года) было не столько военным, политическим, сколько духовным. И не случайно обращается к этому событию поэт в предвидении трагических лет России. Мне хотелось бы проанализировать первое стихотворение цикла “На поле Куликовом”:

Река раскинулась. Течет, грустит лениво И моет берега.

Над скудной глиной желтого обрыва В степи грустят стога. О, Русь моя! Жена моя!

До боли Нам ясен долгий путь! Наш путь – стрелой татарской древней воли

Пронзил нам грудь. Наш путь – степной, наш путь – в тоске безбрежной, В твоей тоске, о, Русь!

И даже мглы – ночной и зарубежной – Я не боюсь. Пусть ночь. Домчимся. Озарим кострами

Степную даль. В степном дыму блеснет святое знамя И ханской сабли сталь…

И вечный бой! Покой нам только снится Сквозь кровь и пыль… Летит, летит степная кобылица

И мнет ковыль… И нет конца! Мелькают версты, кручи… Останови!

Идут, идут испуганные тучи, Закат в крови! Закат в крови!

Из сердца кровь струится! Плачь, сердце, плачь… Покоя нет! Степная кобылица Несется вскачь!

Стихотворение посвящено осмыслению исторической судьбы России. И судьба эта пророчески описывается автором как трагическая. Символом ее становится стремительно мчащаяся степная кобылица. Возникает традиционное для поэзии ощущение единства жизни людей и жизни природы. Сами природные явления здесь окрашены в трагический кровавый цвет (“Закат в крови!”).

Этот мотив встречается и в других стихотворениях цикла “Родина”, например, в стихотворении “Петроградское небо мутилось дождем…”: “В закатной дали были дымные тучи в крови”. В стихотворении “Река раскинулась…” несколько раз меняется объект поэтической речи. Начинается оно как описание типично русского пейзажа: скудного и грустного.

Затем звучит прямое обращение к России, и, надо сказать, в свое время оно многим показалось шокирующим – ведь А. Блок обращался к своей стране так: “О, Русь моя! Жена моя!”. Однако в этом нет поэтической вольности, есть высшая степень единения лирического героя с Россией, особенно если учесть смысловой ореол, данный слову “жена” символистской поэзией.

В ней он восходит к евангельской традиции, к мистическому, духовному, а не телесному единению. И, наконец, в финале стихотворения возникает новый объект обращения: “Плачь, сердце, плачь…” В стихотворении А. Блок употребляет авторское “мы”, размышляя о судьбах людей своего поколения. Они представляются ему трагическими, стремительное движение – это движение к гибели, вечный бой здесь не радостен, а драматичен.

Теме стихотворения соответствует его интонационный строй, сам темп поэтической речи. Она начинается спокойно, даже замедленно, затем темп стремительно нарастает, предложения делаются короткими, в половину, а то и в треть поэтической строки (например: “Пусть ночь. Домчимся.

Озарим кострами”). Нарастают восклицательные интонации: в семи строфах стихотворения автор семь раз употребляет восклицательный знак. Поэтическая речь здесь предельно взволнованна.

Это ощущение создается и стиховым строем текста. Произведение написано разностопным ямбом, что придает ему особую динамичность и стремительность, передавая безудержный и страшный порыв, вечный бой, трагическое приближение к гибели. Стихотворение А. Блока о России, прозвучавшее в те годы, когда судьба ее неуклонно приближалась к катастрофе, когда сама любовь к родине обретала внутренний драматизм, звучит сегодня удивительно современно и являет нам образец той мужественной всевидящей преданности своей стране, которая была воспринята поэтом от лучших традиций классической русской литературы.




В. Маяковский и футуризм
Обратная связь: Email